mypskov.info

Категория > Любитель мамаша

Член и белые трусики





Все это, о чем я хочу сейчас рассказать, не зная почему и для кого, произошло со мной примерно лет двенадцать. Я тогда приехала погостить к своей старенькой бабушке и мне только член и белые трусики исполнилось восемнадцать.

До экзаменов в институт хотелось деньков пять провести на природе среди деревьев и птиц, среди полевых цветов и деревенской тишины. Последний раз я приезжала в эту Богом и цивилизацией забытую деревушку еще будучи школьницей, совсем ма-ленькой девчонкой и проводила тут, почти, все летние каникулы.

А последние года два не была ни разу. Бабушка еще была тогда бодренькая и могла сама, без посторонней помощи и натаскать воду из колодца и окучить картошку, которой в тех краях засаживали целые плантации, да и сейчас садят ни как ни меньше.

Погода стояла член и белые трусики отличная. Кто бывал в это время года в таких глухих местах, нет нужды объяснять что это за рай.

Член и белые трусики

Длинные, светлые, член и белые трусики ночи. В десяти шагах от тебя в кустах надрываются соловьи, все живет и пахнет. Одним словом — лето в деревне. И вот, как-то, день на тре-тий такого моего безмятежного проживания, просидев с подружкой Иркой на целый вечер, мы, на ночь глядя, вдруг, решили навести одну из ее многочис-ленных подружек.

Солнце село, но было еще светло. Пройдя через две улицы и затем свернув в узкий проулок мы вышли за огороды. Деревня эта, член и белые трусики надвое маленькой речушкой растянулась почти на километр.

Помню мы шли не быстро, щелкали семечки, Ирка что-то мне рассказывала, а я слушала ее в пол уха. Нам было хорошо и весело, как это бывает только в бездумные молодые годы.

Член и белые трусики

Тропинка вилась огибая свалки мусора, какие-то ямы, ветхие сараюшки и уже в шагах десяти скрывалась в сумрачной тьме. Так, болтая, прошли мы, наверное, большую половину пути, как вдруг, в какой-то момент я услышала за спиной шаги.

И не я одна. Мы одновременно оглянулись и увидели сзади нас двух мужиков, вернее одного, второй был парнишка, примерно нашего возрас-та, а вот другой член и белые трусики точно мужик. Впрочем, когда тебе восемнадцать все кому за тридцать кажутся глубоко взрослыми или уже пожилыми. Молодого Ирка зна-ла, а лицо второго, поросшее щетиной ей было явно не знакомо, я это член и белые трусики по-няла по ее лицу.

Этот молодой, звали его Николай, поздоровался и спросил ку-да нас понесло в такое время, а потом представил своего старшего дружка.

Член и белые трусики

Это, как он утверждал, был его двоюродный брат, недавно освободившийся и прие-хавший на пару недель из города. Член и белые трусики вперед скажу, что все вранье. Этот второй был в бегах и даже находился в розыске.

Сразу после побега, как я уз-нала позже, он уже умудрился кого-то ограбить. Раздевал и под угрозой ножа отбирал у людей все что было, а Кольке, не знаю как они снюхались, продавал или менял награбленное на еду и водку, которую они вместе и распивали.

Вот и тогда они были в явном подпитии. Колька и говорил-то с трудом, а у второго, я это сразу заметила, как-то нездорово блестели. Мы уже собрались идти дальше, как, вдруг, этот старший остановил нас окриком:. Я постаралась ни как не реагировать, хотя поняла сразу, влипли, а Ирка послала его на три веселых буквы. Тогда он догнал нас и вытащил огромный тесак. Ручка ножа была грубо обмотана член и белые трусики, а лезвие — длинное, как сабля.

Член и белые трусики

По-дойдя к Ирке, он приставил этот нож к ее горлу. Первая мысль у меня была убежать, но я с ужасом почувствовала, что ноги мои одеревенели и приросли к земле. Он схватил меня и Ирку за руки и быстро потащил к чернеющепму лесу.

Член и белые трусики

Коль-ка, спотыкась и матерясь, тащился сзади. Мы прошли сквозь мелкий березняк, затем так же, почти молча, он волок нас по какому-то болоту и где-то минут через двадцать уже в глухом и темном лесу втолкнул нас грязных с ободранными ногами в какую-то яму. Я практически не сопротивля-лась-чувствовала железную хватку, а Ирка попробовав вырваться, но так полу-чила, что до самого того места член и белые трусики ругалась и всхлипывала.

Зажгли свечу и я увидела, что это была землянка, сделанная, по — видимому, недавно. Скамей-ки, стол — все было срублено из свежего дерева. Потому пахло смолой, костром и какой-то кислятиной. Мы сидели вместе с Член и белые трусики в самом углу, как затравлен-ные зверьки. И этот старший налил в две, с отбитой эмалью железные кружки, что-то из бу-тылки. Они выпили, потом подали. Мы отказались, но он опять член и белые трусики свою саблю и воткнул в стол. И добавил, мол не будете пить, залью силой.

Кроме сухого вина на немногих днях рождения я тогда вообще еще ни чего из крепкого спиртного не пробовала, потому четверть кружки вонючей самогонки, которые я проглотила залпом, меня едва не убили.

Член и белые трусики

Они снова налили. Закусывали хлебом, резали желтое сало, которое из банки доставали тем же ножом. Потом Гена, так называл этого мужика Колька, подошел к Ирке схватил ее за волосы так, что она вскрикнула и не отпуская поволок к выходу. А молодому сказал, что бы смотрел за мной и если что, мол стучи ей по репе.

Когда они ушли я сразу попробовала упросить Кольку отпустить, но он не соглашался ни в какую, ссылаясь на того старшего. А сам подсел ко член и белые трусики. Я отодвинулась, но он прижал меня к сырой стенке зем-лянки, так что откуда сверху посыпалась земля. И его рука опустилась мне на колено. Я пыталась убрать ее, на у этого пьяного дурака оказалась железные пальцы и потом он так сдавил ногу, член и белые трусики я заорала. От выпитого у меня кружилась голова.

Я почувствовала что опьянела. Колька, тоже пьяный и потому наглый уже вовсю тискал меня за грудь. На мне было надето платье с пуговичками у ворота. Лифчика я тогда не носила. Этот урод просунул руку снизу, отчего платье задралось и затреща-ло. Он больно щипал и дергал за соски.

Член и белые трусики

И при этом еще пытался меня цело-вать. Мне было плохо, я была пьяна, меня тошнило. Не знаю сколько времени все это продолжалась, но вот член и белые трусики входа показалась Ирка, а за спиной ее этот Гена.

При слабом свете свечи я все равно увидела какое было у подруги красное зареванное лицо.

Член и белые трусики

Ей, похоже, досталось поболее. И он довольно заржал. Я член и белые трусики, что, похоже, наступает моя очередь, страх и предчувствие необратимого заставили меня плотнее вжаться в темный угол. С Колькой я смогла бы справиться. Он почти мой ровесник и что-то серьезное у него бы не вышло. Одним словом — теленок. Но с тем мужиком: От него веяло наглой, безнаказанной силой.

Я это почувствовала еще тогда, сразу при встрече. А потом и Колька предупреждал. А между тем Гена приказал Ирке, а он уже приказывал на правах хозяина, налить ему из бутылки. Именно приказал и моя подруга молча это исполнила. Зная ее непростой нороов я даже не представляла, что нужно сделать, что бы добиться такого послушания.

Член и белые трусики просто не верила гла-зам, зная ее характер. А потом, выпив, тем же приказным тоном велел ей за-драть платье. И подруга, немного помедлив, повернувшись к нам спиной, подняла платье и обнажила белый не загоревший зад. Трусов на ней не. С ними надо жестко. Чуть что в рыло. За неправильный базар опять в рыло. Я поняла-это точно ВСЕ. Между тем этот Гена сам налил в кружки и подал нам с Иркой.

Мы, уже наученные, молча выпили. Вот я уже этой все объяснил. Не сейчас, дак. Короче я сейчас член и белые трусики вот с этой,-он ткнул пальцем в мою сторону-а ты забирай вот. Колян я пробовал-класная чу-виха, правда сиповка. После чего он сказал, что бы я сняла трусы и показала, как он выразился, кунь-ку. Я какое то мгновение стояла, как вкопанная, пока не получила кулаком в живот.



© 2018 mypskov.info